Amanita
Люблю людей, но только в малых дозах (с)
С вероятностью 99% всё уже украдено придумано до нас - но я тоже хочу постканонить и упарываться! Поэтому устраиваю прямую трансляцию из своего театра воображения. Действующие лица: "ящик огневиски и всех обратно!" Криденс, Тина, Квинни, Ньют, Якоб, Грейвз. Это не фик, а многословное плотбанни:

Ни гнева, ни боли - всё застилает страх. Клочок тьмы прячется в тенях - но сидеть на одном месте слишком страшно. Он боится, что его найдут. И боится слиться с тенями, растаять в них, потерять себя окончательно (ведь он уже и не человек - у него нет ни рук, ни ног, он словно проклятая неприкаянная душа). Поэтому - ищет. Есть всего двое людей, которые, наверное, не уничтожат его сразу, едва увидят, - молодая ведьма, которая когда-то спасла его от... матери (почему все, кроме него, забыли это?), Криденс помнит Тину, потому что либо Гриндевальд оставил ему воспоминания, дабы проще было втереться в доверие, либо к нему отнеслись как к магглу - а у него мощные магические щиты, сквозь которые даже тот же Гриндевальд не разглядел, что Криденс - не сквиб, а обскур) и колдун, кажется Ньют, спрашивавший: "Можно ли мне подойти к тебе?", защищавший от других, в одинаковых плащах и шляпах, и от него. В какой момент Криденс в виде обрывка обскура ускользнул - до раскрытия Гриндевальда или после? Но даже если после, мог ли он понять, в чём дело? Что Гриндевальд присвоил внешность реального человека? Так или иначе, имхо, при виде реального Грейвза он всё равно будет в ужасе. Найти в Нью-Йорке двух человек трудно - особенно если один уже уехал, а вторая мастерски сливается с толпой не-магов. И уж тем более если ты сам - клочок тьмы. Но Криденс ищет. Возможно, в нём действительно есть что-то особое - он чует. Как чуял Шоу - и, не отдавая себе отчёта, отыскал и убил его. Как чуял его. И однажды, ощутив совсем рядом мощные столкновения магии, он, пересилив себя, отправляется туда: где магия - там и маги, там могут быть молодая ведьма или Ньют. При виде людей в одинаковых плащах и шляпах клочок тьмы едва не срывается прочь - но среди них он наконец видит Тину.

Криденс увязывается за ней, стараясь не выдать себя и при этом не потерять её из виду. Если она сейчас растает в воздухе - это конец. Некоторые их тех, других, так и делают. Тина скрывается за киоском... но нет, всё в порядке, вот она идёт дальше. <ну и тут в целом преследование, в котором Криденсу ещё повезло, что Тина не аппарировала, что у неё были рабочие дела поблизости, что рабочая смена уже кончалась, а дом тоже был сравнительно недалеко, и не мешало бы купить кой-каких продуктов, вместо того чтобы появляться перед Квинни с пустыми руками>

- О, милая, у нас гость? - раздаётся из комнаты нежный голос. Кем бы ни была его обладательница, она не могла видеть Криденса. Но как-то узнала, что он здесь. <недаром же Квинни сильный легилимент - может услышать и мысли клочка темноты. Особенно если он думает так громко и отчаянно>

Сёстры сначала пугаются. Тина, дорожащая своим местом, на котором её восстановили после поимки Гриндевальда, опять готова сначала действовать по инструкции (уничтожить), а потом разбираться, но после знакомства с Ньютом она уже не готова рубить сплеча, да и Квинни успевает вмешаться, всё понять и объяснить. Понимая, что грозит Криденсу, если о нём узнает МАКУСА, сёстры оставляют его у себя и срочно пишут письмо Ньюту - не говоря всё открытым текстом, но с толстым намёком и просьбой приехать.

Пока письмо добирается до Ньюта, пока Ньют едет, Квинни вновь заговаривает шефу зубы и уходит на больничный. На вопрос сестры, не боится ли потерять своё место, отвечает, что карьера - не главное в жизни и что она, возможно, вообще хотела бы уйти из МАКУСА и работать в маленькой пекарне. Пока Тина трудится и понезаметнее пытается выведать, что МАКУСА известно об обскуре, считают ли его там погибшим, Квинни комфортит Криденса. Она - противоположность и Грейвза, и Мэри-Лу, да к тому же легилимент (сразу призналась в этом Криденсу, чтобы он не чувствовал себя обманутым). А уж что добрая, милая и сострадательная - это само собой. Клочок тьмы начинает расти, менять форму - иногда, когда напряжение отступает, он принимает вид полупрозрачного, словно сотканного из дыма юноши. С каждым разом он кажется более материальным - но от неожиданных звуков и триггеров снова оборачивается чёрным дымом. Если кто-то вспомнил "Дитя-невидимку" Туве Янсон - бинго! Я о нём и думаю. Квинни чувствует, что Криденс теперь боится мира магов, боится, что волшебники будут его обманывать и пытаться убить, но при этом он, хоть и тщательно подавляет в себе эти мысли, по-прежнему тянется к волшебному. Как к дому - ведь когда-то во младенчестве магический мир и был его домом. Квинни использует при нём нестрашную бытовую магию. Криденс сперва отшатывается от готовящегося на глазах штруделя и говорит, что не голоден, но потом, когда никто не видит, всё-таки тайком пробует - и, не удержавшись, съедает всё. Квинни с гордостью и любовью рассказывает про свою сестру, про знакомство с Ньютом и Якобом (тут Криденс замечает, что и ей становится больно, хотя она скрывает), про то, что делает эта волшебная безделушка и как работает то заклинание. Ещё она чувствует, что Криденсу важно знать, кем был "Грейвз" и что вообще творилось. И переводит разговор с сестры на МАКУСА в целом, на начальника Тины... Буквально несколько слов мимоходом - чтобы Криденс снова не замкнулся в себе. Криденс постепенно осознаёт, насколько разными бывают волшебники, что они способны явно или скрыто конфликтовать, обманывать и убивать друг друга. Весть о том, что настоящего Грейвза он никогда не видел и что тот жив, вернулся на службу, вызывает слишком много противоречивых эмоций, от которых Квинни срочно отвлекает его чем-нибудь.

Ньют приехал. Ему так же можно доверять, как Квинни и Тине. Ньют приручает Криденса, даёт ему почитать черновики своей книги о волшебных животных, а заметив, как Криденс увлечён, улыбается и спрашивает, не хочет ли тот познакомиться с кем-нибудь из описанных животных лично. Прогулка по чемодану, милота-милота, Ньют просит помочь в кормлении зверинца - и Криденс с удивлением понимает, что вещи больше не проваливаются сквозь его руки, как иногда ещё бывало, что он снова вполне материален. Разойдясь с Ньютом (тот остановился решить какую-то проблему у оттискруна или вновь сорвался на поиски нюхля), Криденс следует за белым кроликоподобным существом и забредает в снежный отсек. Саспенс! Но нет, на наше счастье, никакого обскура там нет - только какая-нибудь очередная милота.

Тем временем сёстры Гольдштейн остаются в своей квартире, чтобы не мешать приручению Криденса и приглядывать за чемоданом снаружи. Тина смущена, рада, пытается это скрыть - но Квинни всё замечает, чуть подтрунивает и улыбается. Только когда Тина отворачивается/отходит, мы видим, что Квинни преуспевает в сокрытии своих чувств гораздо больше, чем сестра: вот снова Ньют, снова его волшебные существа - но Якоба нет.

Когда Криденс (он уже потихоньку и неловко улыбается в ответ на солнечную улыбку Ньюта) и Ньют поднимаются из чемодана, они видят обеих сестёр, у которых сложные выражения лиц. Ньют закрывает чемодан, пытается понять, что не так... Тут острая реакция Криденса. Потому что становится виден Грейвз. Костюм у него совсем иной (старый, который носил Гриндевальд, он уничтожил), вид нахмуренно-усталый. Гриндевальд не убил его, потому что для оборотного зелья и извлечения воспоминаний Грейвз должен был быть жив. Впрочем, Гриндевальд в любом случае не собирался его убивать - потому что не любил ненужных жертв среди магов, хотел обрести среди них сторонников, а не врагов. Грейвза отследили либо благодаря палочке, которую Гриндевальд "реквизировал", а МАКУСА отобрала для поиска, либо Гриндевальд и не скрывал, куда дел шефа авроров. Но Грейвзу от этого не легче: в должности восстановили со скрипом, начальство и подчинённые напряжены, гнев на Гриндевальда и самого себя (на себя так вообще лютый - не смог предотвратить, стал невольным "донором" внешности и полномочий, отчего раскрытия перед не-магами удалось избежать буквально чудом, а многих бед не удалось избежать вовсе) во все поля вкупе с желанием навести порядок, исправить то, что ещё можно. А тут - такой "подарочек": у прямой подчинённой дома обскур, на которого охотился Гриндевальд. Тут же - брат Тесея Скамандера, активно участвовавший в событиях, о которых сам Гейвз знает только в пересказе. И сам обскур - неведомо что: мерцающая фигура, которая то похожа на человека, то расплывается, и тёмные, сильные эмоции затапливают комнату, их чувствуешь кожей. Квинни и Ньют успевают переломить ситуацию, дозваться Криденса, пообещать ему защиту, напомнить, что Грейвз с ними на одной стороне (с во-о-от такенной натяжкой - но эту деталь они не упоминают). Когда Криденса потихоньку начинает отпускать, Грейвз, до этого стоявший неподвижно и молча, вклинивается в их двухголосье: спрашивает у Тины, как давно это творится. От знакомого голоса с незнакомой, сухой и усталой интонацией Криденса опять едва не накрывает, но он справляется. Грейвз проводит палочкой у себя над головой, на стенаж на секунду вспыхивают некие символы и тут же гаснут. Грейвз с приподнятой бровью и интонацией "Тина..." (см. фильм) спрашивает: "И это всё?" Тина вновь ощущает себя стажёром аврората, у которого наставник проверяет задание. Оказывается, защитные чары на квартире слабые, самые базовые ("Но она же съёмная, мы не можем..." - пытаются оправдаться сёстры), сигнализации и антипрослушки нет вообще - чудо, что их пока нашёл только Грейвз. Впрочем, нет, не чудо: бытие шефом авроров и сидение у Гриндевальда в плену кому угодно привьют грюмовские настроения. "Постоянная бдительность!", да-да.Поэтому Грейвз по собственному почину отследил возвращение в США Ньюта Скамандера. Грейвз не вплетает новые заклинания - потому что это будет заметно. Справляется при помощи активации артефактов. Переходит к сканированию чемодана Ньюта - и вот тут его хмурая отрешённость сменяется проблеском интереса, по выразительному лицу видно. Грейвз расспрашивает Ньюта о чемодане; на его лице отражаются удивление пополам с уважением, когда тушующийся Ньют рассказывает, что делал чемодан не с нуля, но в десятки раз расширил внутреннее пространство, сотворил там разные климатические условия и прочее. Но главное всё-таки не в квартирных чарах и не в чемодане. Грейвз переводит взгляд на затравленного Криденса. Тот в смятении: это он, тот, который помогал - и предал, но и нет, не он, ведь Квинни рассказывала, и чутьё подсказывает, что отличие есть, что это не тот же самый человек. Гляделки. Пауза. Всем очень не по себе. Квинни переводит взгляд с Криденса на Грейвза, рука Ньюта зачем-то оказывается в кармане... "Криденс", - прерывает наконец молчание Грейвз. Это звучит как нечто среднее между вопросом и утверждением. С одной стороны, обскура надо уничтожить. С другой, это часть тех дров, которые наломал Гриндевальд, а сам Криденс - несчастное создание, чудом выжившее, чудом прожившее столько лет с подавляемой и превратившейся в чудовище-паразита магией. Волшебник-ребёнок, которого не нашли и не защитили волшебники-взрослые. Авроры сражаются с тёмными существами и магами, но не защищают невинных от превращения в обскуров.

Грейвз выходит из дома сестёр Гольдштейн, на секунду замирает, будто прислушиваясь (проверяет отсутствие "хвоста") и аппарирует.

Первым же рейсом Ньют отплывает. На палубе у него задумчиво-грустное выражение лица - смотрит на берег, где осталась Тина. И где, возможно, остались ещё кто-то, кому надо помочь. Но когда он заходит в каюту, его взгляд теплеет: с ним те, кому Ньют может помочь уже сейчас, и хорошо бы этим заняться. Чемодан поблёскивает новыми уголками - металлическими. Это дополнительная защита, которую два сильных мага - Ньют и Грейвз создали объединёнными усилиями, трансфигурировав какой-то редкий артефакт или просто сплетя сильное заклинание на основе аврорских щитов и чего-то природно-защитного. В чемодане пополнение - путь до Англии Криденс проделает именно там. А потом будет учиться (возможно, тут и Дамблдор поучаствует: и потому что ещё один явно сильный маг на их стороне не лишний, и потому что Дамблдор таки защищает невинных). Да и Тина подключится. Отдельный хедканон - что Криденсу вернут его настоящие имя и фамилию: выяснят, в какой волшебной семье он родился, как его звали изначально ("Криденс", "Модести" и "Честити" - креатив Мэри-Лу, имхо), кем были его родители и что с ними стало. Отдельный хедканон - что он окажется кем-то из тех, кого мы уже знаем из канона, но под другим - настоящим - именем; и спустя какое-то время встретится с Грейвзом без паники и недоверия, чтобы познакомиться с ним по-настоящему, разорвать ассоциацию с Гриндевальдом. А в финальном фильме, девятнадцать лет спустя от событий "Тварей", против Гриндевальда объединившись выйдут все герои (в единстве - сила, Распределяющая шляпа не даст соврать): Ньют, Тесей, Тина, Квинни, Якоб, Криденс, Грейвз, мадам президент (пусть и экс-президент к тому времени), импозантная азиатская дама с международного совещания магов и даже нюхль Дамблдор (для финальной дуэли - ибо как же без неё-то) - все-все-все. Кого авторы к тому моменту не убьют и не превратят в Гриндевальдов. =/

Кстати, о Якобе. Как подсказывает справочник тварей, укус горегубки даёт сопротивляемость к сглазам и проклятьям. Плюс Ньют говорил, что дождь смоет _плохие_ воспоминания. Так что когда спустя некоторое время после второго отъезда Ньюта Квинни решится-таки зайти в булочную Ковальски, ещё не зная, узнает её Якоб или нет, он её конечно узнает. А дальше - может, законодательство перестанет запрещать контакты с не-магами, а может, булочная-кондитерская Квинни и Якоба откроется где-то в другом месте - скажем, в Косом переулке, ведь в Британии такого запрета вроде нет. А вдруг?)

...ок, теперь я тоже чувствую себя фантастической тварью. -__- С девизом "Комфортить и флаффить!" А то ангста как-то в каноне многовато. И зная Ро, то ли ещё будет...

@темы: , Бегемотьи ушки